Лион Фейхтвангер. "Москва, 1937 год".

"...Не подлежит никакому сомнению, что это чрезмерное поклонение в огромном большинстве случаев искренне. Люди чувствуют потребность выразить свою благодарность, свое беспредельное восхищение. Они действительно думают, что всем, что они имеют и чем они являются, они обязаны Сталину. И хотя это обожествление Сталина может показаться прибывшему с Запада странным, а порой и отталкивающим, все же я нигде не находил признаков, указывающих на искусственность этого чувства. Оно выросло органически, вместе с успехами экономического строительства. Народ благодарен Сталину за хлеб, мясо, порядок, образование и за создание армии, обеспечивающей это новое благополучие. Народ должен иметь кого-нибудь, кому он мог бы выражать благодарность за несомненное улучшение своих жизненных условий, и для этой цели он избирает не отвлеченное понятие, не абстрактный "коммунизм", а конкретного человека - Сталина. Русский склонен к преувеличениям, его речь и жесты выражают в некоторой мере превосходную степень, и он радуется, когда он может излить обуревающие его чувства. Безмерное почитание, следовательно, относится не к человеку Сталину - оно относится к представителю явно успешного хозяйственного строительства. Народ говорит: Сталин, разумея под этим именем растущее процветание, растущее образование. Народ говорит: мы любим Сталина, и это является самым непосредственным, самым естественным выражением его доверия к экономическому положению, к социализму, к режиму...

...В течение нескольких недель я думал, что источником этих проявлений был страх. Они вызывали у меня недоверие уже только потому, что в Москве все еще ощущается недостаток во многом, что нам на Западе кажется необходимым. Жизнь в Москве никоим образом не является такой легкой, как этого хотелось бы руководителям. Годы голода остались позади, это правда. В многочисленных магазинах можно в любое время и в большом выборе получить продукты питания по ценам, вполне доступным среднему гражданину Союза - рабочему и крестьянину. Особенно дешевы и весьма хороши по качеству консервы всех видов. Статистика показывает, что на одного жителя Советского Союза приходится больше продуктов питания и лучшего качества, чем, например, в Германской империи или в Италии, и, судя по тому, что я видел во время небольшой поездки по Союзу, эта статистика не лжет. Бросается в глаза изобилие угощения, с которым люди даже с ограниченными средствами принимают нежданного гостя. Правда, эта обильная и доброкачественная пища приготовляется часто без любви к делу и без искусства. Но москвичу нравится его еда - ведь его стол так хорошо обставлен только с недавних пор. В течение двух лет, с 1934 по 1936 год, потребление пищевых продуктов в Москве увеличилось на 28,8% на душу населения, а если взять статистику довоенного времени, то с 1913 по 1937 год потребление мяса и жиров выросло на 95%, сахара - на 250%, хлеба - на 150%, картофеля - на 65%. Неудивительно, что после стольких лет голода и лишений москвичу его питание кажется идеальным.

Одежда
Тех, кто знает прежнюю Москву, удивляет также заметное улучшение в одежде. В одном лишь 1936 году затраты населения на одежду увеличились на 50,8%...

...Когда приезжаешь с Запада, бросается в глаза также недостаток в других вещах повседневного обихода. Например, очень ограничен выбор бумаги всякого рода, и в магазинах можно получить ее только в небольших количествах; ощущается также недостаток в косметических и медицинских товарах. При посещении магазинов бросается в глаза некоторая безвкусность отдельных товаров. Многое, правда, опять-таки радует своей красивой формой, целесообразностью и дешевизной, например настольные лампы, деревянные коробки, фотоаппараты, граммофоны. Очевидно, что с возрастающей зажиточностью повышаются и потребности, и если в годы нужды люди довольствовались только самым необходимым, то теперь начал расти спрос и на излишества. Спрос этот растет настолько быстро, что производство не поспевает за ним и у магазинов можно часто увидеть очереди.

...Я часто спрашивал себя, особенно в первые недели своего пребывания, не должны ли эти неудобства повседневной жизни подействовать отрицательно на то удовлетворенное настроение советских граждан, о котором я говорил выше. Нет, не действуют. Советские люди в течение многих лет переносили крайние лишения и еще не забыли то время, когда постоянно недоставало света и воды и приходилось стоять в очередях за хлебом и селедкой. Их хозяйственные планы оказались правильными и устранили эти крупные недочеты; в ближайшем будущем исчезнут и мелкие недочеты, мешающие им сегодня...

... И эти люди знают, что их процветание является не следствием благоприятной конъюнктуры, могущей измениться, а результатом разумного планирования. Каждый понимал, что, прежде чем заняться внутренним устройством дома, необходимо было заложить его фундамент. Сначала нужно было наладить добычу сырья, построить тяжелую промышленность, изготовить машины, а затем уже перейти к производству предметов потребления, готовых изделий. Советские граждане понимали это и с терпением переносили лишения в своей частной жизни. Теперь становится очевидным, что план был намечен правильно, что посев был проведен рационально и может принести богатый, счастливый урожай. И с чувством огромного удовлетворения советские граждане наблюдают теперь за началом этого урожая. Они видят, что ныне именно так, как им было обещано, они располагают множеством вещей, о которых еще два года тому назад они едва осмеливались мечтать. И москвич идет в свои универмаги, подобно садовнику, посадившему самые разнообразные растения и желающему теперь взглянуть, что же взошло сегодня. Он с удовлетворением констатирует: смотри-ка, сегодня имеются в продаже шапки, ведра, фотоаппараты. И тот факт, что руководящие лица сдержали свое слово, служит для населения залогом дальнейшего осуществления плана улучшения жизни с каждым месяцем. Так же, как москвичи знают, что поезд в Ленинград отходит в таком-то часу, так же точно знают они, что через два года у них будет одежда в любом количестве и любого качества, а через десять лет и квартиры в любом количестве и любого качества..."

"... я говорил себе, что мне, несомненно, будут показывать только положительное и что мне, человеку, не знакомому с языком, трудно будет разглядеть то, что скрыто под прикрашенной внешностью...

...Поэтому в Москве я приложил много усилий к тому, чтобы неустанно контролировать свои взгляды и выправлять их то в ту, то в другую сторону с тем, чтобы приятные или неприятные впечатления момента не оказывали влияния на мое окончательное суждение...

...После моего возвращения на Запад передо мной встал вопрос, должен ли я говорить о том, что я видел в Советском Союзе? Это не являлось бы проблемой, если бы я, как другие, увидел в Советском Союзе много отрицательного и мало положительного. Мое выступление встретили бы с ликованием. Но я заметил там больше света, чем тени, а Советский Союз не любят и слышать хорошее о нем не хотят. Мне тотчас же было на это указано. Я не очень часто выступал в печати Советского Союза со своими впечатлениями. Мои выступления составили менее двухсот строк, при этом они отнюдь не заключали в себе только похвалу; но даже это немногое было здесь, на Западе, ввиду того, что оно не представляло безоговорочного отрицания, искажено и опошлено. Должен ли я был продолжать говорить о Советском Союзе?

Однако вскоре другие соображения одержали верх. Советский Союз ведет борьбу с многими врагами, и его союзники оказывают ему только слабую поддержку. Тупость, злая воля и косность стремятся к тому, чтобы опорочить, оклеветать, отрицать все плодотворное, возникающее на Востоке. Но писатель, увидевший великое, не смеет уклоняться от дачи свидетельских показаний, если даже это великое непопулярно и его слова будут многим неприятны. Поэтому я и свидетельствую..."

Поскольку запись в чужом ЖЖ "скрыта и может быть удалена владельцем", выношу камент сюда.

По поводу этой реплики:

Софистика, пастор! (с)

Давно читаю Ваш журнал. Уважаю Вас за точность формулировок и ясность мысли.
Но То, что Вы написали, уж простите, очень похоже на демагогию..

Что значит Ваше "принадлежали"? Они были их частной собственностью? Они могли его продать? Закрыть? Заложить? Получать прибыль себе в карман? Владеть акциями предприятия? Торговать ими на бирже?

В СССР средства производства не принадлежали никакому "сословию в целом".
В СССР в соответствии с Конституцией, а также в полном согласии с идеологией средства производства принадлежали государству. Государство тоже не было карманным, как сейчас, существовал вполне работоспособный аппарат управления и контроль над ним со стороны общества. Если в аппарате сменялась "правящее сословие в целом", то предприятия не меняли собственника, не отчуждались от прежнего, и по-прежнему оставались собственностью государства.
Ни одна кучка "сорвиголов", никакое "сословие", ни в целом, ни по частям, не могло распоряжаться предприятием как своей собственностью. Ни частной, ни коллективной. Они не могли продать предприятие, не могли получать с него дивиденды и переводить на офшорные счета (или копить рубли в матрасе - неважно), они не могли даже закрыть предприятие, не имея на то существенных оснований, причем, не только экономических, но и социальных, и даже политических. Никто не позволил бы "правящему сословию в целом" выбросить на улицу процентов эдак девяносто населения областного города, как это делается сейчас.

Вы имели в виду, что не смотря на все законы и декларации, "правящее сословие в целом" все равно " втихую" таки получали с предприятий прибыль? Но простите! Любые манипуляции с активами предприятия, которые сегодня производятся легко и непринужденно, в уголовном законодательстве СССР назывались махинациями [в особо крупных размерах] и подлежали тщательному расследованию целой группой организаций - от ОБХСС до КГБ в особых случаях. А сами "фигуранты" могли быть приговорены к высшей мере за гораздо меньшее, чем совершают те, кого сейчас лишь приглашают как свидетеля. Это я к тому говорю, что не был этот принцип простой бумажной формальностью - вполне конкретный аппарат за этим следил и делал это весьма эффективно. Настолько, что некоторые члены "правящего сословия в целом" предпочитали застрелиться, чтобы не идти к следователю.
Ну, а если "владение" вне закона, то какое же это владение? Это такое же владение, каким нынешние бандиты "владеют" вещевым рынком. Это не владение, это чистый криминал. Или армия тоже Сердюкову принадлежала?

Может быть Вы имели в виду "принадлежали", в смысле "находились в их власти"? Что они могли, пусть и номинально, но распоряжаться судьбой предприятий? Но, простите, точно так же сейчас предприятие "принадлежит" наемному директору. Фактически он - хозяин на предприятии, но он не хозяин предприятия. "Правящее сословие в целом" обладало теми же правами, скажем, какими сейчас обладает директор холдинга над филиалом.
Так что и в этом смысле средства производства "правящему сословию в целом" не принадлежали ни разу.

И потом, если бы средства производства принадлежали "правящему сословию в целом" де факто, не надо было бы устраивать возни с ваучерной приватизацией, с уничтожением сбережений граждан, с разрушением производственных цепочек и со многим другим, включая развал страны. Достаточно было просто переписать пару законов и все норм.
Развал страны как раз и понадобился, чтобы стать владельцами предприятий, недр, земли, а также хозяевами жизни и законов физики, как некоторым кажется :) Обратите внимание: не легализовать свое владение, а завладеть!

Далее Вы пишете про отчуждение, но опять не понятно про какое отчуждение. Отчуждение чего от чего? Людей друг от друга? Тогда причем тут средства производства. пролетариата от средств производства? Так и при СССР особого "причуждения" не было. Почему оно станет абсолютным при коммунизме? Какое из сотен отчуждений? Почему оно не станет абсолютным при анархии или монархии?

Я бы, может, и не обратил внимание на этот Ваш короткий тезис, но уж больно часто стали появляться статьи в Вашем ЖЖ, скажем мягко, немного нелогичные и тенденциозные.
К чему бы это?

Интервью с Иваном Александровичем Бенедиктовым

"- Думаю, когда Вы познакомитесь не с частью, а со всеми относящимися к теме репрессий фактами и документами, проанализируете и продумаете их в контексте тогдашней сложной, напряженной и противоречивой обстановки, вам станет стыдно за фальшивые фразы, услышанные от озлобленных, сбитых с толку, потерявших способность здраво рассуждать людей. Не могла бы наша страна так быстро и уверенно избавляться от средневековья, идти вперед, не сумела бы она стать вопреки всем испытаниям современной и великой державой, а советская культура достичь вершины своего расцвета, если бы "цвет нации", как вы утверждаете, систематически выкашивали "злодей" Сталин и его окружение. Потому и шли вперед, потому и преодолели испытания, которые не выдержала бы ни одна страна в мире, что удалось раскрепостить, выдвинуть на первый план все талантливое, смелое, творческое и честное в нашем народе. А вот когда кадровая политика изменилась, когда в общегосударственном масштабе стал проводиться курс на преследование и травлю талантливых людей, когда в моду вошли приспособленчество и карьеризм, творческие силы народа действительно стали истощаться и мы докатились до позора регулярных закупок за рубежом зерна и другого продовольствия, острейшего дефицита товаров первой необходимости, допотопного состояния сферы обслуживания, прогрессирующего отставания от Запада в научно-технической сфере. Убежден, бескровные потери в экономике, политике, идеологии, которые мы понесли и несем в последние десятилетия, многократно превосходят тот ущерб, который причинили репрессии и беззакония 30-х и 40-х гг. По сути, растрачен, разъеден обывательской идеологией и психологией творческий потенциал нескольких поколений самого талантливого и наиболее здорового в своей нравственной основе народа! За это придется, да и приходится расплачиваться самой дорогой ценой.
Да, в 30-е гг. пострадали тысячи невинных людей. Конечно, человека, у которого незаконно расстреляли отца или мать, мало утешит то, что на одну невинную жертву приходилось немало справедливо осужденных. Тут надо перешагнуть через свою боль, перестать смотреть на историю, мир через призму личной озлобленности. Хотя бы ради элементарной объективности - о партийно-классовом подходе не говорю, - для многих Ваших "интеллектов" он как красная тряпка для быка ... Что бы ни говорили о том времени, его атмосферу, его настрой определяли не страх, репрессии и террор, а мощная волна революционного энтузиазма народных масс, впервые за много веков почувствовавших себя хозяевами жизни, искренне гордившихся своей страной, своей партией, глубоко веривших своим руководителям.
К тому же надо объективно, строго документально, всесторонне и, главное, с наших классовых позиций разобраться в том, что произошло, установить общее число как заслуженно, так и невинно пострадавших людей, определить личную вину Сталина, его окружения, а также выслуживающихся перед начальством перегибщиков на местах, которых и тогда было немало. А уж после этого обличать, метать громы и молнии ... У нас же все наоборот: сначала накричим, обольем себя грязью, а потом начинаем задумываться: а правильно ли сделали, не нагромоздили еще себе искусственных проблем, которые потом героическими усилиями надо будет преодолевать? Я уверен: настанет пора задуматься о необходимости воссоздать подлинную картину происшедшего, а пока наши противники на нашем молчании зарабатывают себе солидные очки.
Давно, давно пора сделать это, тем более что работы здесь непочатый край. Очень много ведь было преподнесено с подачи Хрущева, который ненавидел Сталина и перенес своекорыстные интересы и личную озлобленность в большую политику. Компетентные люди говорили мне, что Хрущев дал указание уничтожить ряд важных документов, относящихся к репрессиям 30-х и 40-х гг. В первую очередь он, конечно же, стремился скрыть свою причастность к беззакониям в Москве и на Украине, где, выслуживаясь перед Центром, погубил немало безвинных людей. Одновременно уничтожались и документы другого рода, документы, неопровержимо доказывавшие обоснованность репрессивных акций, предпринятых в конце 30-х гг. против некоторых видных партийных и военных деятелей. Тактика понятная: выгородив себя, свалить всю вину за беззакония на Сталина и "сталинистов", со стороны которых Хрущев усматривал основную угрозу своей власти."

Источник: http://worldcrisis.ru/crisis/1086637

Мысли вслух

Иногда мне кажется, что репрессии 37 года на самом деле были не столько политическими, сколько уголовными. Политический окрас в дальнейшем им позволил придать тот факт, что под статью попадали в массе своей руководящие работники, члены ВКП(б), активные соратники - те, кто делал революцию в 17-м. Типа, свои же люди.
Ведь если сегодня разернуть широкомасштабную борьбу с коррупцией, то в первую очередь, в массе своей, в тюрьму пойдут... члены ЕдРо, руководящие работники, активные соратники - те, кто делал прерстройку в 90-х. Типа, свои же люди...

Мысли вслух

Чем больше я читаю манифесты нынешних российских политических движений, тем чаще меня посещает мысль, что, наверное, не зря слово "манифест" так созвучно с английским "money first"...

Не мы плохие - народ лениый.

Я вот прочитал очередной пассаж ДАМ по поводу Сталина и репрессий, и вот что подумал.

У ребят во власти растут проблемы с легитимностью. Последняя явка на выборы четко это показала. И сейчас эти ребята пытаются протащить мысль, что Сталин был тираном, неэффективным менеджером и т.д. и т.п. Но при этом в СССР, помимо Сталина, жил еще "великий советский народ", который вопреки тирании, гулагу и массовым репресиям построил все блага в стране.
И таким образом, то, что происходит сегодня в стране, не есть прямое следствие бездарного руководства и откровенно антироссийской политики, а просто народ такой сейчас, не чета тому, жившему ранее. Ведь и тогда руководство было антинародное, и сейчас, но тогда был экономической и политический рост, а сейчас падение. И, следовательно, дело не в руководстве, а в народе. Народ, типа, ленивый нынче.
А значит, можно и дальше пилить бюджет, пополнять оффшорные счета, истреблять промышленность, и далее по списку. Более того, это нормально (а, следовательно, и легитимно). Ибо влияния на экономические, политические, социальные и прочие показатели это не влияет.